Назад

Отличная идея; плохо работает

Как продемонстрировала встреча «двадцатки» в Париже, мировая озабоченность экономической нестабильностью в Еврозоне растет. По мере углубления интеграции международной политической экономики, слабый рост или отсутствие роста в ЕС серьезно сказываются на всем мире — от Бразилии до Японии, особенно с учетом текущих трудностей в оживлении второй по величине экономической единицы мира — США. И пока мировые финансовые учреждения с трудом пытаются удержать на плаву изношенную европейскую экономику, мягкое «подбрюшье» европейского проекта продолжает скрипеть, как старый парусник в шторм.

Несмотря на относительно скромные уровни государственной задолженности, агентство Standard & Poor’s последовало примеру Fitch, понизив кредитный рейтинг Испании, в данном случае с АА до АА-, в результате высоких уровней задолженности в частном секторе и слабого роста. Ирландии придется восстанавливаться после коллапса в течение жизни целого поколения; Греция ни на йоту не приблизилась к экономической вменяемости, и биржевые маклеры упорно тянут в ту же кашу и Италию. Снижены кредитные рейтинги целого ряда крупных международных банков, в том числе недавно — у UBS, Lloyds, Королевского банка Шотландии. До тех пор пока более процветающие государства ЕС не станут выполнять роль локомотива быстрого экономического роста, европейская периферия будет продолжать испытывать трудности.

В обмен на увеличение финансовой поддержки, северные европейские правительства настаивают на увеличении подотчетности их южных «коллег», в частности в Афинах. Должностные лица ЕС И МВФ отложили выплату 8 млрд. евро греческому правительству в сентябре на тех основаниях, что в стране не приняты достаточные меры для резкого увеличения налоговых доходов и сокращения расходов. В результате, народное недовольство будет только расти. Уже сегодня в Афинах и Мадриде бытует мнение, что за болезненными сокращениями социальных расходов стоят иностранные правительства, и такое недоверие может привести лишь к новым разрывам и прорехам в ткани международного европейского единства.

Характерную неповоротливость нынешних европейских структур высветила борьба за санкционирование роста поддержки экономическим жертвам Еврозоны посредством Европейского механизма финансовой стабильности (EFSF). Переговоры об увеличении уровня финансовой помощи южной Европы заняли несколько недель, и даже после этого правительствам пришлось по очереди, одному за другим, давать санкцию на эту сделку, до тех пор, пока под соглашением наконец не поставила подпись Словакия.

Возвращаясь к нашей морской аналогии, надо сказать, что румпель экономического прогресса всегда должен находиться в сильных руках, однако во время шторма любая экономика должна «уворачиваться», а не идти напролом. До настоящего момента Европа в костюме Еврозоны продемонстрировала лишь собственную неповоротливость, не позволяющую ей успешно маневрировать в нынешних финансовых трудностях. В международной экономической интеграции нет ничего в принципе неправильного. Она может содействовать миру, сотрудничеству, торговле, создавая стабильность и процветание для многих, а также для немногих в демократическом контексте. И все же рычаги экономического контроля необходимо адаптировать так, чтобы они вписывались в эти новые обстоятельства, а пропасть между экономической и политической интеграцией сделала европроект в большой степени уязвимым для нестабильности.